Мобильная версия Информационный портал Екатеринбурга
 

«Встреча с войной - это встреча со смертью»: интервью с ветераном

5 мая 2017, 16:15

Владимир Теплых рассказал учащимся гимназии № 155, как 74 года назад ушел в армию из ее здания.

Ветеран Великой Отечественной войны Владимир Теплых рассказал учащимся гимназии № 155 (улица Челюскинцев, 90), как 74 года назад ушел в армию из ее здания и какой путь преодолел, чтобы вернуться домой.

- Владимир Петрович, вы учились в свердловской школе-интернате № 3 при железной дороге имени Кагановича. Для начала поясните, что это вообще такое - железнодорожная школа?

- Родился я 21 апреля 1925 года в родильном доме в Свердловске, на улице Стрелочников. Моя мама была инспектором по кадрам отдела школ железной дороги, отец - начальник отдела безопасности. Мы объехали с семьей весь Урал, и жили в разъезде Глубокое, когда я пошел в школу. В то время девчонки и мальчишки со всех станций, разъездов, будок охранных жили в интернатах, обеспечение было за счет железной дороги.

- Вас призвали сразу после окончания школы?

- В то время в первый класс брали с восьми лет, потому, еще не окончив школу, я достиг призывного возраста. Забрали меня 23 февраля 1943 года. Призыв формировался из студентов УПИ, железнодорожного техникума, лечебных училищ, из учащихся школ.

Привезли нас в Троицк, где тогда в эвакуации находилось авиационно-техническое училище, и мы стали курсантами. В сжатые сроки учились готовить к бою любую авиационную технику: каждый самолет должен обслуживаться целой армией специалистов по приборам, моторам, парашютам и даже по прыжкам с парашютами (смеется). На все про все у нас было полгода. При выпуске нам присваивали звания сержантов, но преподаватели постарались нам дать, по сути, полную офицерскую подготовку. Учеба была столь интенсивной, что мы с ног валились в прямом смысле слова.

- А как началась ваша служба?

- После училища нас привезли в Ворожбу на Украине. Мне запомнился этот городок, взорванный немцами при отступлении элеватор для сбора зерна. Попал на Первый Украинский фронт, во вторую воздушную армию, в штурмовую авиацию. Прибыли мы в Житомир, рядом с ним был лжеаэродром, стояли макеты, а боевые самолеты рядом с этим аэродромом были замаскированы и не привлекали внимания. Нас определили в 207-й штурмовой полк на пополнение: во время вылета полк не смог вернуться на свой аэродром, уцелело только два штурмовика: кое-как посадили боевые машины. Остальные - сорвались, кому-то не хватило горючего. Так в ангаре два самолета стояли, их мы и ремонтировали.

- Как вы впервые встретились с войной лицом к лицу?

- Встреча с войной - это встреча со смертью. По заданию я прибыл в деревню Красный Степок, всю нашу группу заставили собирать останки технического персонала: когда бойцы разгружали боеприпасы, которые привезли с полевых оружейных мастерских, произошел взрыв.

- Что вы можете рассказать о военном пути в качестве механика эскадрильи?

- По профессии я механик эскадрильи по вооружению. Началась служба. В эскадрилье - двенадцать машин. Все пушки, бомбы, патроны, гранаты на этих машинах были в моем ведении.

Авиационных специалистов, которые были на вес золота, требовалось много. Но солдат не хватало, и получалось так, что направляешься в одну часть, а тебя перехватывают: «Ты здесь нужен». Позже было распоряжение Сталина: все специалисты танковых, авиационных, любых других училищ служили только по предписанному назначению. И я механиком прошел всю Украину, Австрию, в наш полк попал около Вены.

- Вы воевали только на земле?

- Нет, пришлось мне воевать и в воздухе. Штурмовики Ил-2 сначала были одноместные, только летчик управлял самолетом и вел бой. Немцы их щелкали, как орешки, потому что сзади самолет был не защищен, летчик заднюю полусферу даже и не видел толком.

Полевые ремонтные мастерские начали устанавливать второе место в машине сзади бензобака для обращенного к хвосту стрелка. У него был пулемет Березина и авиационные гранаты. Такая бомба, если ее бросить, висела в воздухе 5 или 7 минут. Вражеский самолет, который догонял, нарывался на это препятствие, были мощные взрывы, и машина преследователя разваливалась на куски.

Затем двухместные машины стали выпускать на заводах. Это сильно повысило живучесть. Но сам стрелок, в отличие от пилота, броней защищен не был. Каждый день привозили убитых стрелков. И вот полку надо на вылет, а стрелков нет: их выбили, похоронили. Кто сядет вместо них? Кто хорошо владеет оружием? Конечно, механик. Командир полка тычет пальцем и говорит: «Ты сегодня на такой-то машине полетишь. Я знаю, ты владеешь оружием, другому доверить нельзя».

- И сколько вы совершили вылетов?

- Бывало у меня до 7 вылетов в день. Сколько всего, никто и не считал тогда. Помню, что последний вылет был в Западной Украине. «Фокке-Вульф» догнал нашу машинку и рубанул. Самолет - такая уязвимая штучка: попало по маслобакам, радиаторам, и масла не стало. Мы при заходе на свой аэродром плюхнулись с высоты около 20 метров.

Открыл глаза в госпитале. После госпиталя перевели на другой фронт, в Закавказье, в августе 1944 года я получил распоряжение. Оказался в Аджарии, на границе с Турцией. Там находились целые подразделения с иностранными самолетами, полученными по ленд-лизу. Это были «Тамагавки», «Хауки», «Спитфаеры», «Бостоны», «Аэрокобры» и так далее. Наши подразделения в Батуми и в Иране на этих самолетах охраняли южную часть страны.

 - А когда вы вернулись домой?

- Служить надо было 4 года. Но демобилизации не было, домой были отпущены только раненые, которые не могли служить. Приехал домой я лишь в декабре 1950 года.

- Дома, конечно, ждали?

- Мама дождалась меня, недоучку. В какой класс идти после такого-то перерыва? Пристроили меня в 10-й класс школы рабочей молодежи № 2, учился, потому что понимал - другого времени не будет, а образование нужно. Подготовка в училище была спасением, я знал высшую математику, физику, другие дисциплины. Закончив школу, в 1951 году я стал студентом первого набора радиофака.

- Встречаетесь ли вы с людьми, с которыми провели молодость?

- Война людей и сближает, и разделяет. Разделяет смерть. С теми, кого среди нас не стало. А когда приехал сюда, стал вспоминать близких людей, с кем учился в училище. Копался, искал адреса, удалось разыскать 27 человек, и в 60-е годы они приехали ко мне. Мы дружим годами, десятилетиями.

- Кого бы Вы хотели поздравить в День Победы с этим великим праздником?

- В первую очередь поздравляю всех, кто жив, кто участвовал в войне, и, конечно, молодежь, у которой свежие, светлые желания.

- Что вы можете пожелать современной молодежи как человек, который в молодости был на войне и видел смерть?

- Чтоб мир сохраняли, чтоб интерес не угасал к любым работам, любым нововведениям. И чтобы не было войны никогда!

Текст подготовила Карина Баратова («Вечерний Екатеринбург»)

5 мая 2017, 16:15
Ключевые слова: ветераны, день победы

Фамилия, имя, отчество:

Адрес электронной почты:

Ваш комментарий: